ГЛАВА 6. «СИМБИОНТ»

(Пояснение для читателей: В связи с настоятельной рекомендацией издателя в текст романа включена адаптация одного из написанных мной ранее рассказов. Извиняюсь за вынужденный повтор)
Константиновский встретил визитеров с ледяным равнодушием. Стылые подвалы дворца хоть и укрывали от непогоды, но, по сравнению с «тропиками» метрополитена, отнюдь не располагали к комфортному отдыху. Ежась от холода, Глеб с интересом прислушивался к неспешному диалогу взрослых.
— Так вот этот самый мужик до Катастрофы метростроевцем работал, — вещал Ксива. — Он мне под мухой такого наплел… Мол, под этим самым Константиновским правительственный бункер строил! Рассказывал, народу тьму нагнали. В три смены сбойки рыли. Без перерыва. А главным у них был…
— Брехлом твой знакомец оказался! — Прервал Кондор. — Нет здесь никакого схрона. Вот вернемся, лично сказочника твоего найду и мозги вправлю. Чтоб не трепался почем зря…
— Дык, и я говорю, врет, собака… — Ксива смутился и поспешил переменить тему. — Вот ты мне лучше скажи, командир, неужели нельзя было катерок какой подыскать? Чтоб без всякой этой возни! Сели, завелись и р-раз — уже в Кронштадте!
— Значит нельзя, — Шаман поставил на походную горелку банку тушенки. — Думаешь, один такой умный? Несколько ходок сделали, да все без толку. Одна гниль, да ржа… В сухих доках хотели пошарить. Сунулись было на Северные верфи, а там не то что доки — земля перекурочена вся. Места живого не найти, будто стадо носорогов прошлось. Уж не знаю, чем так долбануло тогда, но делать там больше нечего.
— На «Адмирал» надо было двигать, — авторитетно встрял Ксива.
— Типун тебе на язык, школота! — Шаман дернулся. — Адмиралтейские верфи — место запретное, проклятое. Сколько ребят толковых там сгинуло. А главное, так и не ясно до сих пор, из-за чего.
— Поговаривают, крышак съезжать начинает — стоит только проходную пересечь… — Лицо Кондора загадочно мерцало в свете горелки.
— А ты, Отшельник, не слыхал случаем чего?
Глеб взглянул на наставника. Тот полусидел, привалившись к стене и закрыв глаза. Помолчав немного, ответил:
— Гнездо «менталов» там…
Повисла пауза. Сталкеры с недоумением глядели на проводника. Ната не выдержала первой:
— Как, как? «Менталы»? Первый раз о таких слышу.
— Молись Богу, чтобы последний… — Отшельник отвернулся, укладываясь спать.
* * *
Той ночью Глеб впервые в своей жизни заступил на дежурство. Кондор решил, что с «малолетнего балласта» должна быть хоть какая-то польза, и приказал мальчику сменить Окуня. Глеб примостился на ржавой батарее и отчаянно зевал. Сама по себе вахта несла чисто номинальный характер, поскольку вход на подвальный уровень сталкеры предусмотрительно забаррикадировали, отгородившись от внешнего мира. От нечего делать Глеб решил прогуляться по ближайшим помещениям. Аккуратно перешагивая через спящих бойцов, мальчик не удержался, и захватил с собой прибор ночного видения. Дорогущая игрушка принадлежала командиру бойцов, но Глеб ни за что на свете не стал бы просить того показать чудо-аппарат — Кондор упорно продолжал называть мальца Зверенышем.
Нацепив ПНВ, Глеб углубился в лабиринт цокольного этажа. Под ботинками хрустело крошево битого стекла. Осколки бутылок устилали большую часть подвала. Вдоль стен стояли покосившиеся полусгнившие стеллажи с рядами ячеек-сот. Тут же навалом покоились растрескавшиеся деревянные бочки и пучки ссохшейся бурой соломы. Отшельник вечером рассказывал про какие-то «винные» погреба, но объяснить Глебу значение слова «вино» не взялся. Лишь закатил глаза и жмурился, словно вспоминая что-то жутко приятное.
Глеб добрался до последнего подвального закутка. В углу все так же, как и при первом осмотре подвала, одиноко стояла катушка с кабелем. На стене напротив нацарапана примитивная картинка — череп с замазанными чем-то черным глазницами. Кондор тогда предположил, что сюда явно наведывались дикари типа того, который повстречался в «Макаровке». Однако картинка, выдаваемая ПНВ, показала кое-что любопытное, чего путники не заметили ранее в узком луче фонаря. У края катушки в бетонном полу Глеб разглядел краешек щели. Крайне заинтригованный, мальчик взялся за края массивной бобины, напрягся и сдвинул катушку в сторону…
Теперь уже отчетливо был виден контур круглого люка и скоба металлической ручки. Поддавшись внезапному порыву, мальчик взялся за скобу и что есть силы потянул на себя. Спустя мгновение тяжелая створка поддалась. Пыхтя от натуги, Глеб кое-как откинул люк наверх. В полу зияло чрево вертикальной шахты. Луч фонаря упал на покрытые ржавчиной скобы лестницы. Мальчик навис над проемом, но, как ни силился, дно шахты разглядеть не мог. Изнутри шел еле ощутимый запах тлена и разложения. Отчего-то вдруг стало жутко до зубовного скрежета. В затылке кольнуло от подспудного ощущения необъяснимой опасности.
Сделанное открытие так захватило мальчика, что он решил сейчас же разбудить сталкеров и собрался было идти назад, как вдруг из нагрудного кармана вывалилась зажигалка. Рефлекторно Глеб попытался ее поймать, но пальцы лишь скользнули по металлическому корпусу. Звякнув о край, зажигалка исчезла во мраке шахты. Мальчик в отчаянии замер перед дырой. Спустя несколько секунд снизу послышался отдаленный звук. Зажигалка достигла дна. Глеб чуть не завыл в приступе отчаяния. Все, что угодно, только не это! Он просто не мог себе позволить потерять столь дорогой сердцу предмет!
На раздумья ушла ровно минута. Снова нахлобучив ПНВ, мальчик подкрутил верньер настройки, надел дыхательную маску и осторожно полез в шахту. Сердце его заходилось от адреналина, руки предательски дрожали, но Глеб упорно продвигался вниз. Примерно на середине спуска произошло вполне ожидаемое событие — проржавевшая насквозь скоба раскрошилась под весом тела, и мальчик, не успев толком испугаться, рухнул на дно шахты.
Падение оказалось не вполне удачным. От удара у Глеба перехватило дыхание, и вместо запоздалого крика из горла вырвался лишь жалкий хрип. Приподнявшись, мальчик судорожно зашарил по бетону в поисках зажигалки. Есть! Спрятав драгоценность, он полез обратно. В какое-то мгновение вместо очередной скобы рука Глеба уткнулась в пустоту. Прикинув расстояние до следующей скобы, он понял, что дорога назад отрезана. Как ни хотелось ему звать на помощь, но другого выхода не было. Мальчик задрал голову и собрался было кричать, когда наверху гулко лязгнула тяжелая створка. Люк захлопнулся.
«Ведь хотел же подпереть чем-нибудь!» — пронеслась запоздалая мысль. Глеб понимал, что его рано или поздно хватятся и найдут. Ведь выход из подвала забаррикадирован, и искать будут внутри. Но от этого легче не становилось. Подавив легкий приступ паники, мальчик спустился на дно шахтного ствола, снял «Пернач» с предохранителя и внимательно всмотрелся в выдаваемую прибором картинку…
Взгляду открылся длинный прямоугольный штрек, протянувшийся в оба конца. Тишина… Ни шорохов, ни туннельного сквозняка… Ничего… Абсолютный мрак и голый бетонный коридор, уводящий неведомо куда.
Сидеть на месте и покорно ждать помощи не хотелось. Возможно, удастся найти другой выход… Глеб вскинул пистолет и двинулся вперед. Десять метров… двадцать… тупик. Массивная железная дверь. Застекленное смотровое окошко забрано ржавой решеткой. За окошком ничего не разглядеть. Колесо управления засовом не поддается… Эту дверь явно давно не открывали.
Мальчик так же бесшумно вернулся к стволу шахты и двинулся дальше. Через десяток метров коридор плавно изгибался, открывая взгляду несколько боковых ответвлений. Соблюдая все меры предосторожности, Глеб методично обошел небольшой комплекс, состоящий из нескольких залов, заваленных каким-то хламом, и ряда помещений поменьше. Не считая строительного мусора, хаотично раскиданного по полу, помещения были пусты. У одной из стен сиротливо валялась промышленная дрель. Толстый кабель тянулся от аппарата через всю комнату и уходил в коридор.
Над потолком свисали небрежно растянутые по всему комплексу гирлянды редких лампочек. Судя по временному освещению и отсутствию силовых кабелей на стенах, объект был явно не достроен. Тогда где же брали электричество? Глеб пошел вдоль кабеля от электродрели, тянувшегося через весь коридор и, в конце концов, уходящего за угол. В небольшой нише, за переборкой, стоял дизель-генератор… а позади него, сразу за бочками с соляркой, начинался узкий наклонный коридор…
Ряд неровных ступенек уводил куда-то вниз. Впрочем, их оказалось не так уж много. Откуда-то снизу стали доноситься непонятные звуки. Присев, мальчик медленно заглянул в обнаружившийся зал… и вздрогнул. Картина, что открылась его глазам, не поддавалась никаким описаниям. Бредовая ирреальная фантазия, воплотившаяся в реальности… Мальчик застыл в ступоре, не в силах отвернуться, и смотрел…
Смотрел на тех… вернее на то, чем стали исчезнувшие соотечественники дикаря из «Макаровки». Среди многочисленных ящиков и тюков, издавая чавкающие звуки, неспешно копошились полулюди-полумертвецы с непомерно раздувшимися животами. Лица их исказила маска безумия. Неуклюже орудуя разодранными в кровь пальцами, толстяки исступленно жрали тушенку, какие-то полуразложившиеся крупы, комки отсыревшей субстанции… муки, скорее всего. Глеб согнулся от омерзения, продолжая наблюдать, как один из несчастных набивает рот истлевшим рисом, одновременно нашарив в куче очередную консервную банку и пытаясь разбить ее об угол железного ящика.
Что за безумие охватило людей на складе продуктов, лежавших здесь еще, видимо, с довоенного времени? Мальчик пытался сохранить хладнокровие, наблюдая за шевелящимися во мраке подобиями людей, но его все больше охватывал иррациональный страх. Прибор ночного видения не давал четкого изображения. Глеб пару раз различил какое-то мельтешение в зале… покрутил колесо настройки. Тут прибор и сдох.
Мальчик включил налобный фонарик… Луч света вырвал из темноты опухшее, отливающее синевой, лицо ближайшего уродца. Тот рефлекторно прищурил глаза, и на мгновение его лицо приобрело осмысленное выражение.
— У-у-у… э-э-э! — промычал толстяк. В выпученных глазах явно читалась мука. — У-у-у… мэ-э-и!!!
«Убей» — догадался Глеб. — «Он хочет умереть… Господи!»
Парень не выдержал… Почти не целясь, выстрелил. Несчастному снесло полголовы, тело дернулось и грузно осело на пол. Глеб направил свет вглубь зала и, наконец, увидел ЭТО… Несколько темно-бурых шевелящихся кишок тянулись из широкой трещины в потолке зала, исчезая в телах бывших разведчиков. Изредка по щупальцам проходила судорога, и было видно, как по ним толчками перегоняется кровь из тел обреченных. Неведомая тварь изощренным способом использовала людей как дойных коров, присосавшись, запустив нервные окончания в мозг несчастных, удерживая их на своеобразном «поводке», стимулируя мозговые центры насыщения. И «люди» жрали… Жрали, давились гнильем, слепо шаря по полу в поисках съестного, балансируя на грани жизни и смерти физически, но давно перестав быть людьми морально…
Непонятное, немыслимое стечение обстоятельств… Дикий, отталкивающий, но, судя по всему, весьма эффективный симбиоз… ФЕРМА… Только теперь мальчик заметил дохлых крыс, усеивающих пространство. Трупы жирных, разъевшихся крыс с зияющими ранами на боках… Крыс, брошенных дьявольской тварью ради более крупной добычи. Сразу стал ясен смысл рисунка в подвале. Предостережение, оставленное уцелевшим дикарем…
От всей этой нереальной картины Глеба замутило. Захотелось как можно быстрее исчезнуть из этого ужасного ме…
Удар по челюсти был молниеносным и весьма ощутимым. Мальчика отбросило на ступени. «Пернач» выскочил из рук, канув во тьме. Нашлемный фонарь со звоном разбился о ребро ступеньки.
«Слава Богу, по маске…» — мелькнуло в голове. — «Зубы целы…»
В следующее мгновение маску ощутимо потянуло куда-то в сторону.
«Фонарь в нагрудном кармане… Быстро!»
Свет выхватил из мрака, прямо перед глазами, влажное щупальце, намертво присосавшееся к прозрачному пластику. Задохнувшись от ужаса, Глеб судорожно сдернул маску с головы. Шланг воздуховода натянулся. Пришлось отсечь его ножом. Мальчик попятился, карабкаясь по ступенькам. Второй атаки не последовало. Глеб ринулся вверх, завопив от страха…. Страха остаться в кромешном мраке наедине с неведомой тварью.
Как ни странно, именно это чувство заставило мозг работать в правильном направлении.
«Только бы получилось… Только бы… Давай, рухлядь, заводись!»
Невероятно, но древний генератор заработал. Покряхтев несколько секунд ржавым нутром, вздрогнул и запыхтел. Тусклый свет, постепенно разгораясь, разогнал тьму коридора. Глеб обомлел. Рядом стоял, покачиваясь, один из толстяков и, алчно разинув смердящую пасть, тянулся к нему. Уроки наставника не прошли даром. Мальчик отшатнулся, рефлекторно выхватывая второй «Пернач». Звуки выстрелов гулко пронеслись по комплексу. Длинной очередью толстяку разворотило бок. Словно из прохудившегося мешка, на пол повыпадали бурые кишки вместе с комками проглоченной пищи. Несчастный стоял, тупо глядя на собственный живот. На лице его блуждала глупая улыбка. Нелепо оскалившись, толстяк зачерпнул из раны горсть требухи и отправил в рот…
— Ты не человек… — почему-то Глебу хотелось сказать это вслух. — Не человек…
Второй выстрел вдребезги разнес толстяку башку. Щупальце тотчас отцепилось от трупа, втянувшись обратно в логово. Пересилив страх, мальчик ринулся следом. Озираясь на трещину в потолке, вскинул оружие. «Пернач» ожил в его руках, методично даруя упокоение оставшимся зомби.
Только покончив с последним из них, Глеб вдруг осознал, что щупалец-кишок больше не было видно. В треклятой трещине тоже ничего не шевелилось.
Зато из центрального коридора донесся пронзительный стрёкот… Глеб медленно обернулся и увидел ее… тварь.
Нечто висело на потолке, присосавшись щупальцами к бетону перекрытия. Отталкивающее, неподдающееся осмыслению животное… мутант… Помесь осьминога с богомолом. Из каких болот приползла эта тварь в бункер? Что послужило толчком к появлению на свет подобного недоразумения? Жвала на морде твари мерно шевелились, выпуклые темные глаза неподвижно смотрели на сталкера… Разум отказывался воспринимать ЭТО как что-то реальное… Но бестия не собиралась исчезать… Неподвижно висела посреди коридора, распространяя вполне реальную тошнотворную вонь.
Мальчик стоял словно вкопанный, не в силах двинуться с места. Стоял в ступоре, глядя в лицо собственно смерти. По ногам потекла теплая влага. Пистолет выпал из трясущейся руки. Предательская вялость в мышцах заставила рухнуть на колени. Глеб обреченно уронил голову на грудь…
— НА ПОЛ!
Отшельник вынырнул из-за угла, словно чертик из табакерки. Вскинул «калаш», нажимая на курок одновременно с выстрелом щупальца «кукловода». Плюющийся огнем автомат выдернуло из руки. Выстрелы ушли в «молоко». Монстр оказался на редкость метким и умным противником, оценив заключавшуюся в оружии угрозу. Отшельник попятился. «Кукловод» неспешно двинулся следом, сноровисто орудуя присосками. Автомат был вне досягаемости.
Новую атаку твари сталкер не увидел… только почувствовал удар по ногам и, как подкошенный, рухнул на пол. «Кукловод» изготовился… и ударил опять. Щупальце шваркнуло по голому бетону — человек успел откатиться в сторону. Сгруппировавшись, Отшельник прыгнул в дверной проем, кидая назад гранату. Грянул взрыв. Уши заложило. Рот наполнился кровью. Бок заныл от удара массивным куском бетона, что рикошетом прошил пространство. Из коридора валили густые клубы дыма вперемешку с пылью.
Сталкер перевел дух, приподнялся, нашаривая револьвер. Сквозь дым, цепляясь за косяк двери, в помещение вполз «кукловод». Тело бестии местами обуглилось, открывая взору страшные ожоги. Несколько щупалец безжизненно свисали дымящимися плетьми, еще больше оказалось оторвано. Отшельник открыл огонь. Стена озарилась яркими вспышками. Девятимиллиметровые пули, изрыгаемые «Носорогом», нещадно молотили по бетону, выбивая фонтаны каменного крошева. Монстр не мог выжить в этом аду… не мог… если бы остался на прежнем месте. Метнувшуюся тень сталкер заметил слишком поздно. Дымящаяся туша сбила сталкера с колен, противники покатились по полу, яростно рыча. Уворачиваясь от щелкающих жвал, Отшельник откинул опустевший пистолет, дотянулся до ножа и со всей силы всадил лезвие в тушу «кукловода». Живучая тварь никак не отреагировала, цепляясь за жертву остатками щупалец и пытаясь добраться до горла. Сталкер ударил еще… и еще. Попробовал пробить череп твари, но лезвие беспомощно соскользнуло, лишь оцарапав голову хищника. Силы быстро таяли. Жвала нетерпеливо щелкали у самого лица. От тошнотворной вони мутилось сознание.
Содрогаясь от ужаса, Глеб пополз вперед. Ноги еле передвигались. Тело отказывалось повиноваться, но мальчик, срывая ногти на руках, отчаянно полз к наставнику. Забытый пистолет остался где-то позади.
Отшельник напрягся, натужно застонал и перекинул бестию через голову. Оказавшись сверху, ударил ножом в визжащий комок плоти… еще… и еще… Тварь не хотела подыхать… Хлестала обрубками щупалец по бронежилету, клацала пастью. Увернувшись от очередного выпада, сталкер поскользнулся в луже крови и тотчас снова был сбит с ног. Рука коснулась холодного пластика…. С искаженным от страха, зареванным лицом Глеб толкнул в ладонь наставника дрель… Забытый, брошенный древними строителями механизм. Провидение? Судьба? Удача? Не время гадать.
Отшельник потянул электродрель на себя, почему-то твердо веря, что инструмент заработает. Собрав остатки сил, прижал брыкающуюся тварь каблуками армейских ботинок к стене, и нажал на курок. Дрель взвыла, раскручивая длинное крупнокалиберное сверло. Тварь задергалась, пытаясь освободиться, но сверло уже вошло в пасть, разбрызгивая ошметки мяса, ввинчиваясь в мозг.
— Сдохни! Сдохни! Сдохни! — орал сталкер, щурясь под кровавым душем. — СДОХНИ!!!
* * *
Потом они лежали. Просто лежали, не в силах отползти от трупа бестии. Лежали, отрешенно разглядывая потолок. Мальчика колотило от пережитых эмоций. Тихо всхлипывая, он свернулся клубком, уткнувшись в плечо наставника, и наслаждался нахлынувшим ощущением безопасности. В тот момент Глеб ясно осознал, что кое-что в его мировосприятии изменилось. Некое ощущение, все это время державшее мальчика в напряжении, исчезло. Истаяло. Испарилось… Отшельник больше не вызывал у него страх и неприязнь.

Материал по вселенной Метро:

Категория: Андрей Дьяков - К свету | Дата: 26, Май 2013 | Просмотров: 1 355